КОМНАТА

Ваша оценка: Нет Средняя: 3 (1 голос)

Крейн проснулся, напевая песенку:

“Тингл-миндл, зубы чисть только нашей пастой!” Он хмуро глянул на динамик Гипнорекламы, вделанный в стену под его подушкой. Затем посмотрел вверх: потолок пока не светился. Наверное, еще слишком рано. Потом, когда изображение мыла Коффитца появилось и начало расплываться на потолке, он вылез из постели, стараясь не смотреть на рекламные призывы, напечатанные на простынях, одеяле, наволочке и на стельках тапочек. Едва его ноги коснулись пола, загорелся экран телевизора, который погаснет автоматически только в десять вечера. Крейн мог выбрать любую программу, но знал, что везде будет то же самое.

В ванной он зажег свет и тотчас услышал звуковую рекламу. Тогда он выключил лампочку и совершил часть своего утреннего туалета в темноте. Но чтобы побриться, ему пришлось включить свет и звук рекламы вместе с ним.

Когда он начал одеваться, зазвонил телефон. Пусть себе звонит, подумал он. Крейн знал, что услышит, если возьмет трубку: “Доброе утро! Вы еще не отведали наших Крекермакарони?” Или может быть: “Зачем ждать повестки? Вступай добровольцем в любой род войск по собственному выбору и сразу получишь денежки за мужественный поступок”.

А с другой стороны, это мог быть важный деловой звонок. Он снял трубку и сказал: “Алло”.

– Приветствую, – ответил ему хрипловатый женский голос, полный обещаний. – Это Боб?

– Да. Кто это?

– Меня зовут Джуди. Вы меня не знаете, но я вас знаю. Последнее время вы чувствуете себя неважно, как будто...

Он бросил трубку. Это стало последней каплей. Он выдвинул ящик стола и достал смятый клочок бумаги. На клочке был записан адрес. До сих пор он колебался, но сегодняшнее утро заставило его принять решение. Он вышел из квартиры.

Такси доставило его до места. Войдя в подъезд довольно запущенного каркасного дома, он отыскал нужную дверь и нажал кнопку. За дверью квартиры послышался старомодный звонок, а не мелодия бифштекса “Съешь Меня” или позывные авиалиний “Летай-с-нами”.

Растрепанная грязнуха открыла дверь, подозрительно оглядела его и спросила:

– Что надо?

– Я... гм... Вы мисс Ферман? Мне дал ваш адрес один приятель, Билл Сиверс. Помните его? Насколько я понимаю, – он понизил голос, – вы сдаете комнаты? Я заплачу!

– Сколько?

– Двести хватит? Это вдвое больше, чем я плачу за государственную квартиру.

– Входите.

Она заперла за ним дверь на засов и накинула цепочку.

– Только одна комната, – сказала она. – Туалет и душ в коридоре. Мусор будете выносить сами. И сами топить зимой. В комнате не готовить. Никаких гостей не водить. И плата за три месяца вперед наличными.

– Я согласен, – быстро сказал Крейн. Затем спросил: – А можно будет выключать телевизор?

– Здесь нет телевизора. И телефона тоже.

– Нет ночного гипновещания возле постели? Нет мерцающих зеркал? Нет телеэкранов в стенах и в потолке?

– Этой чепухи не держим. Крейн счастливо улыбнулся. Он отсчитал плату за три месяца и сунул в грязную лапу хозяйки.

У себя в комнате миссис Ферман сняла трубку телефона и набрала номер.

– Алло! – сказала она. – Докладывает Ферман. У нас новый жилец.

– Прекрасно! – ответил ей голос. – Сразу же приступайте к лечению, доктор Ферман.