ЛОВУШКА

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.4 (11 votes)
Обложка: 

Ни одна из известных человечеству сил не могла помешать планетной десантной группе делать свое дело. Эти специальные подразделения готовились так, чтобы в любых мыслимых условиях высадиться на чужую планету и отвоевать у нее плацдарм, который мог бы служить базой для дальнейшей экспансии.

Потом в работу включались специалисты, задачей которых было вывернуть планету на изнанку. Они записывали чужой, незнакомый мир на пленку, опутывали его цепями символов и формул, тщательно заносимых в специальные обзоры. После этого в галактическом реестре появлялась еще одна планета, и о ней, не вставая с кресла, можно было узнать практически все...

Если на планете была жизнь (а такое случалось), ее тщательно исследовали и независимо от результатов находили способ "приручить". Специально подготовленный отряд боевиков, подкрепленный роботами и снабженный всеми мыслимыми видами оружия, действовал четко.

Итак, ни одна из известных человечеству сил не могла помешать планетной десантной группе делать свое дело.

 

Том Декер, развалясь, сидел в кресле на смотровой палубе, помешивал кубики льда в стакане с коктейлем и лениво наблюдал за тем, как из грузового люка корабля выползал робот, таща за собой ленту конвейера. Потом появился второй робот, и они сноровисто установили конвейер. Разгрузка началась.

Позади щелкнула дверь.

— Разрешите войти, сэр? — спросил Дуг Джексон.

— Конечно.

Джексон подошел к огромному панорамному экрану во всю стену у каюты и стал задумчиво изучать пейзаж.

— Что нас ждет здесь, как вы думаете? — спросил он.

— Очередная работа, только и всего, — пожал плечами Декер. — Шесть недель. А может, и шесть месяцев. Зависит от того, что мы найдем здесь.

На площадке перед кораблем крутились уже шесть роботов. Они сноровисто распаковывали седьмого, одновременно собирая его из отдельных частей. Работали тщательно, без сбоев. После того, как седьмому вставили мозговой блок, он несколько секунд стоял, покачиваясь, пока не сориентировался в обстановке, затем бросился к остальным помогать в сборке восьмого.

— Когда-нибудь, — сказал Джексон, — мы нарвемся на что-нибудь такое, с чем не сможем справиться.

Декер фыркнул.

— Может быть, здесь, — продолжал Джексон, обводя рукой обступившие базу заросли.

— Да ты романтик, парень, — резко оборвал его Декер. — Все ждешь неожиданностей... Это потому, что молод. Вот слетаешь в десяток экспедиций, будешь чувствовать себя совсем по-другому.

— И все-таки это может случиться? — настаивал на своем Джексон.

Декер вдруг потерял интерес к разговору.

— Может, — сказал он, зевнув. — Может, даже здесь. Такого никогда не случалось, но, наверное, может произойти. Тогда мы просто уйдем. В наши обязанности не входит бороться со всякой мерзостью до последнего человека. И мы не станем рисковать. Никакого риска, даже минимального. Вот так.

Корабль стоял на вершине небольшого холма, заросшего высокой травой. Чуть ниже начинались невообразимые густые заросли, а еще ниже открывалось широкое полотно реки, лениво несущей вдаль свои шоколадно-коричневые воды. И, насколько хватало глаз, простирались девственные джунгли. Даже сквозь толстые стены корабля, казалось, доносятся оттуда душные, кружащие голову запахи. Заметного движения не было, однако Джексон .не мог избавиться от ощущения, что под этими величавыми растениями кипит жизнь.

— Надеюсь, вы правы — вздохнул Джексон, — Ничего не случится. Мы не станем рисковать.

— Конечно, не станем. Зачем? — Декер выкарабкался из кресла и потянулся, — Пойду проверю кое-что...

— А я посижу здесь. Мне нравится смотреть, как они работают.

— Ну-ну, — хмыкнул Декер. — Посмотри. Лет через двадцать у тебя эта картина будет в печенках сидеть.

 

В своей каюте Декер перелистал стопку предварительных данных. Атмосфера: давление чуть больше, чем на Земле, много кислорода. Гравитация — тоже чуть больше земной. Жарко, как обычно на планетах, покрытых такой буйной растительностью. Несильный ветер. Хорошо, если бы он сохранился и дул все время. Хоть немного облегчит работу. Обращение: в сутках — тридцать шесть часов. Радиация: на почве — ноль, немного жесткого излучения дает местное солнце. Обратить на это внимание. Бактерии и вирусы: обычный набор. Много, но не слишком опасные, по крайней мере для тех, кто по уши накачан иммунизаторами и гормонами. Никакого риска, сказал он Джексону. Но тут риск все-таки был. И растительность, и почва наверняка кишат всякой живностью, возможно, ядовитой... Просто надо быть очень, очень осторожными.

В дверь постучали. Вошел капитан Карр, командир отряда боевиков, лихо отдал честь. Декер, не поднимаясь с места, вяло ответил на приветствие. Он всегда считал, что подчиненных следует держать на должной дистанции. Уж во всяком случае, командир боевого звена не ровня начальнику всей экспедиции.

— Докладываю, сэр, — отчеканил Карр. — Мы готовы к высадке.

— Отлично, капитан, отлично,— сказал Декер вслух, а сам подумал: —Что это взбрело в голову старому идиоту? Отряд боевиков всегда готов к высадке, это само собой разумеется. Чего он притащился?

Однако спокойно сказал:

— У нас еще есть время, капитан..Роботы только начали разгрузку.

— Есть, сэр! — отчеканил Карр. — Будем ждать вашего приказа.

— Благодарю вас.

Карр уже повернулся, чтобы выйти, но Декер окликнул его.

— Да, сэр?

— Мне вдруг пришла в голову мысль, — задумчиво сказал Декер. — Можете ли вы капитан, представить себе ситуацию в которой ваши ребята потерпят поражение?

На лице старого вояки появилось забавное выражение.

— Боюсь, сэр, я не понял вашего вопроса...

— Я так и думал, что вы не поймете, — удовлетворенно отметил Декер. — Вы свободны.

 

Перед самым закатом роботы запустили несколько механизмов защиты, достаточно для того, чтобы отгородить небольшой пятачок вокруг корабля. Огнеметы выжгли всю растительность, специальный аппарат продезинфицировал почву жестким излучением. Роботы установили мощные прожекторы, и работа на ярко освещенной вершине холма закипела с новой силой.

И все же ни один человек из корабля пока не вышел. Стол для ужина установили на смотровой палубе, чтобы иметь возможность наблюдать за ходом работ.

— Добрый вечер джентльмены, — сказал Декер, входя в эту импровизированную кают-компанию. Он прошел вперед, сел во главе стола, склонил голову и ... вместо обычных банально-вежливых пожеланий доброго аппетита заговорил напыщенно:

— Мы твои слуги. Боже! Мы пришли в неизведанные места, и мы полны гордыни. Научи же нас смирению и убеди пока еще не слишком поздно, в том, что мы, несмотря на покоренные пространства и грандиозность деяний, все же дети твои. Благослови хлеб, который мы собираемся есть, и не оставь нас ... Аминь!

Кое-кто из команды застыл в изумлении другие не могли сдержать улыбки. Наверное, они удивлены, — подумал Декер. — Предполагают, сдал старик. А может, они правы? Еще с утра я был в порядке. А все этот мальчишка — Джексон...

— Это была хорошая речь, — разрядил обстановку Макдональд, главный инженер экспедиции. — Благодарю вас за нее, сэр! Кое-кому из нас не мешало бы всерьез прислушаться к этим словам.

Ужин начался, и посуда на этой далекой планете позвякивала почти по-домашнему.

— Похоже, мы попали в интересное место, — заметил антрополог Уолдрон. — Мы с Диксоном только что из обсерватории, обозревали окрестности. Вниз по реке, видимо, есть какая-то жизнь. Во всяком случае, нам так показалось.

Декер усмехнулся и положил себе жареной картошки:

— Было бы странно, если бы мы тут никого не нашли.

— То, что мы видели, — возразил Диксон, — очень похоже на гуманоидов.

Декер покосился на биолога.

— Вы уверены?

— Было плохо видно, — покачал головой тот. — Но мне показалось, их было двое или трое. Как люди, только очень худые.

— Точно, — подтвердил Уолдрон. — Больше всего похоже на детский рисунок: одна палка — туловище, еще четыре — руки и ноги и кружок вместо головы. Угловатые, неуклюжие и страшно худые.

— А я все думаю о тех горах, на западе, которые мы засекли при посадке, — сказал геолог Фрейни. — Они выглядит новообразованием. Хорошо бы в них покопаться да посмотреть, что там есть.

— Первую же вылазку совершим туда, — пообещал ему Декер.

На панорамном экране в сверкании прожекторов бесшумно сновали роботы. Громоздкие механизмы шевелились с достоинством, машины поменьше суетились, как растревоженные муравьи. На юге то и дело вспыхивали гигантские языки пламени.

— Расчищают посадочную площадку, — пояснил Декер, — Там лес не такой густой. А почва ровная.

Механические стюарды вкатили кофе, коньяк и ящик с отличными сигарами. Жизнь была прекрасна, и это ощущение подкреплялось грандиозностью и мощью того, что происходило снаружи.

К утру окрестности преобразились. Выжженный пятачок вокруг корабля превратился в огромную площадку. Сделавшие свое дело механизмы аккуратно стояли в ангаре. На посадочной площадке выстроились в ряд летательные аппараты.

Наконец откинулся люк, и из него вышли люди. Четкий строй боевиков замер перед кораблем. У них не было знамен, не слышно было барабанного боя — все это было ни к чему. И так было видно, что они готовы к любым неожиданностям. Прозвучала команда, и боевики заняли круговую оборону — лицом к лесу.

Деловитые роботы натянули легкий тент, расставили под ним столы и стулья, прикатили холодильник, полный пива и льда. Теперь комфорта было достаточно, опасности — никакой, и из корабля вышли остальные.

— Порядок, — подумал Декер. — Главное — порядок и эффективность. Никаких случайностей. Заткнуть любую брешь прежде чем она станет опасной. Сокрушить любое сопротивление прежде, чем оно будет оказано. Получить абсолютный контроль над небольшой территорией и действовать оттуда вылазками. Потом, конечно, появятся трудности. Всего не предусмотришь. Придется отправляться в далекие экспедиции и, несмотря на всю предусмотрительность роботов и отвагу боевиков, риск все же будет. Но его можно допустить, когда знаешь, что за спиной — абсолютно надежная база, куда всегда можно отступить, откуда может прийти подкрепление. Вот так-то.

Декер с неприязнью вспоминал вчерашний вечер. Что это на него нашло? Конечно же во всем виноват этот слюнтяй — Джексон. Способный биохимик, но здесь ему не место. Эмоционально не уравновешен. И как его пропустили при отборе? Конечно, Джексон не может навредить экспедиции, но зачем будоражить людей? Зануда, подумал Декер. Просто зануда.

Усевшись за стол, он достал рулон разлинованной бумаги. На ней были аккуратно нанесены река, ближайшие горы и местонахождение базы. Все остальное пространство было пустым. Его предстояло заполнить.

С аэродрома взмыл самолет, круто заложил вправо и устремился в западном направлении. Джарвис и Доннели, подумал Декер. Полетели на разведку к горам. Еще один самолет поднялся в воздух Это — Фримен и Джонс.

Декер встал, прошелся, потом снова сел. Хозяйским вэглядомокинул базу. Что-то земное, домашнее появилось в ней. Хорошо поработали, подумал Декер. Отличные подобрались ребята. Уж они эту планету разложат по косточкам, Изучат всю живность, почву, воду. Как только вернутся первые разведчики, эти парни возьмутся за дело. От них ничто не ускользнет...

Он поднял глаза и увидел Джексона, стоящего рядом.

— Что случилось? — резко спросил Декер.— Почему ты не ...

— Они везут аборигена, сэр, — тихо ответил Джексон. — Одного из тех, кого видели вчера Уолдрон и Диксон.

 

Это был, без сомнения, гуманоид. Но не человек. И действительно, больше всего он напоминал рисунок четырехлетнего ребенка. Матово-черный, не носил никакой одежды. Однако глаза на тыквообразной голове смотрели вполне разумно.

Декер медленно протянул руку и взял со стола один из шлемов стоящего рядом ментоскопа. На мгновение заколебался — контакт с чужим разумом всегда вызывал у него неприятные ощущения — однако тут же решительно водрузил шлем на голову и жестом указал аборигену на второй.

Несколько секунд это жалкое подобие человека упорно разглядывало Декера. А он не робкого десятка, — подумал командир. — Обстановка для него совершенно незнакомая. Он должен бояться нашего коробля, всей базы, которая возникла тут за одну ночь...

Гуманоид сделал шаг к столу, протянул руку и взял шлем, потом неловко приспособил его на своей голове. При этом он не отводил взгляда от глаз Декера.

Усилием воли Декер заставил себя успокоиться. Нельзя пугать это существо. Надо дать ему понять, что к нему настроены дружелюбно. По крайней мере, гуманоид разумен настолько, что понял предназначение этого шлема, значит....

Первая мысль, которую сумел уловить он, была скорее не мыслью, а чувством — нечто настолько непонятное и чуждое человеческому разуму, что Декер ужаснулся. Потом, поборов себя, начал усиленно мысленно повторять:

— Мы — друзья... Мы — друзья... Мы — друзья... Мы...

— Вам не следовало приходить, — возразил гуманоид.

— Мы не сделаем вам ничего плохого. Мы — друзья, — внушал Декер со всей силой убеждения, на которую был способен.

— Вы никогда не уйдете, — ответил абориген.

— Давайте будем друзьями, — продолжал Декер. — У нас есть подарки. Мы вам поможем. Мы...

— Вам не следовало приходить. — Теперь мысль туземца оформилась четче, — Но поскольку уж вы здесь, вам никогда не удастся уйти.

Ободри его, приказал себе Декер.Ободри его.

— Вот и хорошо, — послал он аборигену следующую мысль. — Мы остаемся. Мы остаемся и будем друзьями. Мы остаемся и будем вас учить. Мы дадим вам много вещей, которые привезли с собой.

— Вы не уйдете, — повторил туземец. И в этой мысли было столько убежденности, она настолько сама собой разумелась, что Декера прошиб холодный пот. Гуманоид действительно был уверен в том, что думал. Он не играл и не блефовал, он был абсолютно убежден, что будет так, как он считает.

— Вы умрете здесь, — продолжал он.

— Умрем? Что значит умрем?

В ответ Декера окатило волной непередаваемого презрения и отвращения. Туземец осторожно снял шлем, аккуратно положил его на стол, повернулся и пошел прочь.

Декер тоже бросил свой шлем.

— Джексон, — сказал он, — скажи боевикам чтобы пропустили его. Пусть уходит. Не пытайтесь его остановить.

Обессиленный, он отвалился на спинку кресла и обвел взглядом собравшихся вокруг людей.

— Что произошло? — спросил Уолдрон.

— Он приговорил нас к смерти, — ответил Декер. — Сказал, что мы не уйдем с этой планеты. Сказал, что мы здесь умрем.

— Сильно сказано, — заметил Уолдрон.

— Он в этом уверен, — сказал Декер.

 

Работа продолжалась и пока их никто не атаковывал.

С ревом уходили в небо самолеты, тщательно занося на карты все более дальние участки планеты. Осторожно выступили в поход полевые группы, двигаясь под защитой роботов и боевиков, а впереди шли специальные аппараты, буквально выжигавшие дорогу в джунглях. Дистанционно управляемые погодные станции, разосланные во всех направлениях, сообщали данные центральному компьютеру, который выдавал прогноз погоды. Все было рассчитано. Никакого риска.

Проходили дни, потом недели. За это время они не встретили ничего, что хотя бы отдаленно напоминало попытку их уничтожить. Найдено и занесено на карту хорошее месторождение угля. Открыли богатейшие залежи железа. В горах нашли радиоактивную руду. Ботаники обнаружили двадцать семь видов растений, которые вполне годились в пищу. База кишела различными видами животных, отловленных в качестве образцов...

Нашли деревню аборигенов. Так, ничего особенного. Кучка убогих, грязных хижин. Но народ вроде мирный.

Декер решил съездить и посмотреть, как живут туземцы. В деревню въехали осторожно, готовые мгновенно открыть огонь из всех стволов, а в случае чего — быстро отступить. Однако аборигены спокойно сидели у своих хижин, не проявляя враждебности. Они молчали и совершенно не двигались, только смотрели на пришельцев.

Роботы быстро поставили стол и водрузили на него ментоскоп. Декер уселся в кресло, надел на голову шлем. Прошел час, но никто из жителей деревни даже не шевельнулся.

Наконец Декер сбросил шлем.

— Это бесполезно, — устало сказал он, — Они не хотят. Давайте, ребята, делайте свое дело. Фотографируйте, смотрите. Но этих не трогайте. И не вздумайте ничего забирать с собой.

Он вытащил из кармана платок и вытер мокрое от пота лицо. К столу подошел Уолдрон.

— Что вы об этом думаете, сэр?

— Не могу отделаться от ощущения... — ответил Декер. — Одна мысль не дает мне покоя. Безумная мысль, однако она засела у меня в мозгах...

— Это бывает, — посочувствовал Уолдрон. — Иногда в голову приходят странные вещи.

— А мысль вот такая, — продолжал Декер. — Они сказали нам все, что хотели. Тогда, в первый раз. И больше ничего, что они хотели бы нам сказать.

— Вот как, — пробормотал Уолдрон.

— Ну да, — кивнул Декер. — Я знаю, это звучит невероятно, нелогично, и все же...

— Здесь вообще нет ничего логичного, — буркнул Уолдрон. — Вы заметили что у них нет ни одной вещи из железа? Вообще ничего. И других металлов нет. Они варят пищу в каменных сосудах. Инструменты, которые у них есть, тоже из камня. И все-таки, у них есть культура. Зачатки цивилизации... Никакой логики!

— Да, они не глупы, — сказал Декер. Как они разглядывают нас! Без страха. Просто ждут чего-то. Спокойные и уверенные в себе. А тот парень, которого приводили на базу... Он ведь знал, как обращаться с ментоскопом!

Уолдрон задумчиво пошевелил губами.

— Пожалуй, нам пора возвращаться на базу. Уже поздно. — Он поднял руку и посмотрел на часы. — Мои часы остановились. Который час, Декер?

Декер тоже взглянул на свои часы, и Уолдрон услышал, как он тихо охнул.

— Мои часы тоже стоят, — почти шепотом произнес Декер.

С минуту они стояли молча, глядя друг на друга. Подумаешь, остановились часы... Однако этот малозначительный факт подействовал на них, как ледяной душ.

— Тревога! —выкрикнул, наконец, Уолдрон. — Все на базу! Быстро!

Поднялась беготня, люди и роботы построились в походную колонну и быстро исчезли в, джунглях. Туземцы молча смотрели им вслед.

 

Декер сидел в своем кресле и наблюдал, как край тента мягко трепещет от легкого ветерка. Потом задумчиво протянул руку и в который уж раз принялся перебирать кучу колесиков, винтиков, пружин — то, что осталось после разборки от наручных часов всего экипажа.

Странно! Очень странно. Все часы остановились. Перестали работать, и все тут.

Над планетой опустилась ночь, но база продолжала жить, и жизнь эта казалась лихорадочно-нереальной в ясном свете прожекторов. И во всей этой суете ощущалась напряженность. Как будто люди, деловито сновавшие в разных направлениях, постоянно ощущали опасность, готовую обрушиться на них из-за предела освещенного круга базы. Не было ясности в определении, откуда могла бы исходить эта опасность, и все же...

Проклятые часы! Они остановились все разом. Простейшая случайность, которой должно быть простейшее объяснение, думал Декер.

Впрочем, когда ты на чужой планете, случайностей быть не должно. У любого следствия должна быть причина. А Декер придерживался железного правила: никакого риска! Даже если этот риск исходит от безобидных пружинок и винтиков.

Вот поэтому он и приказал всем полевым группам возвращаться, распорядился готовить корабль к экстренному взлету. Они должны быть готовы к отступлению, даже если придется бросить всю технику.

Теперь осталось только ждать. Ждать, пока не вернутся полевые группы. Ждать, пока кому-нибудь не придет в голову поискать объяснения отчего остановились часы. Пока еще, думал Декер, не стоит сильно волноваться. Принять меры предосторожности — да. Но не терять головы. Пути для отступления есть, они подготовлены.

В самом деле, нельзя же вернуться на Землю и заявить: «Знаете, у нас остановились часы, и поэтому мы...»

Кто-то подбежал к столу, и Декер резко поднял голову. Это был Джексон.

— Что случилось?

— Полевые группы не отвечают, сэр, — взволнованно проговорил юноша. — Радист вызывает их уже десять минут, и все напрасно. Они молчат!

— Спокойно, — сказал Декер. — Они ответят. Дай им время, они ответят.

Хотя он вовсе не был в этом уверен. На секунду дикий, животный страх чуть не захлестнул его, однако он сумел овладеть собой.

— Садись, парень, — сказал он. — Посидим, выпьем пива. А потом сходим к радиостанции и посмотрим, в чем там дело. Пива! — крикнул он. — Два пива!

Робот, стоявший неподалеку, не шевельнулся. Декер крикнул громче. Робот стоял, как вкопанный. Декер положил сжатые кулаки на стол и хотел подняться, но внезапно ощутил, что ноги не удержат его.

— Джексон, — сказал он. — Пойди и хлопни этого робота по его дурной голове. Скажи ему, что мы хотим пива...

Джексон медленно поднялся, и лицо его переменилось. На нем отразился страх. Тот же страх, что рвался из груди капитана. Джексон подошел к роботу, дотронулся до него, потом толкнул посильнее — и тот упал, даже не пошевелившись.

Невдалеке раздался топот бегущих ног. Это был Макдональд, главный инженер. С разбега он чуть не упал, и ухватился обеими руками за край стола. Его лицо было неестественно перекошено, и в следующую секунду Декер понял, что главный инженер едва сдерживает рыдания.

— Корабль, сэр! Корабль...

Декер кивнул, почти спокойно.

— Я знаю, Макдональд. Я знаю. Он не полетит.

— Внешне все в порядке, сэр, — продолжал, глотая слова, Макдональд. — Корпус, двигатели, все... Но приборы... Мелкие детали...

Неожиданно он замолчал. Потом изумленно взглянул на капитана.

— Вы знали, сэр. Вы это знали. Откуда?

— Я знал другое. — Декер уже успокоился. Он говорил тихо, но его слова падали как удары молота. — Я знал, что когда-нибудь это случится. Может быть, не то, что произошло сейчас. Другое. Но обязательно случится. Я знал, придет день, когда удача отвернется от нас. Я не подавал вида, храбрился, как большинство из нас, но в глубине души знал, что это произойдет. Что придет время, когда мы предусмотрим все, кроме одного-единственного, и именно это единственное нас всех убьет.

Он думал. У туземцев не было металла. Никаких признаков металла в деревне. У них были каменные кастрюли и тарелки. Инструменты тоже были из камня. И все же аборигены были достаточно умны, достаточно цивилизованы. Уровень их развития предполагал обязательное овладение металлом. Ведь планета богата рудами: геологи нашли залежи в горах. Туземцы не могли не знать о залежах руд. Возможно много веков назад они пытались. Они, наверное, даже отливали какие-то вещи, а те через несколько недель рассыпались у них в руках. Как наши часы в наших руках.

Цивилизация без металла. Культура без металла. Кто бы мог подумать? Отнимите у человека металл, и все, что у него останется — это его руки...

Под навес вошел Уолдрон.

— Радио отказало, — спокойно проговорил он. — И роботы мрут, как мухи. Ими завалена вся площадка. Металлолом.

— Ну да, — кивнул Декер. — Так и должно быть. Сначала отказывают тонкие механизмы. Часы, радио, приборы. Потом сломаются генераторы и мы останемся без энергии. Потом выйдут из строя большие машины, вся наша техника. Оружие боевиков тоже станет металлоломом...

— А ведь туземец говорил нам, — сказал Уолдрон. — Помните? Он сказал, что мы никогда не уйдем отсюда.

— Мы не поняли тогда, — ответил Декер. — Мы подумали, он нам угрожает. Мы посмеялись над ним... Мы ведь такие сильные, защищенные. Мы так гордились своей техникой и мощью которую она дает. А тут какой-то туземец пытается грозить нам! Он, конечно же, не угрожал. Он просто пытался сказать нам то, что знает сам.

В голосе командира появились растерянность и недоумение, которых раньше никогда не было.

— Что же это такое? — развел он руками.

— Мы не знаем, — ответил Уолдрон. — Пока, во всяком случае. Позже, возможно, узнаем, но это нам уже не поможет. Может быть, это микроорганизмы. Вирусы. Что-то, что пожирает обработанные металлы и сплавы. На руду, где металлы связаны с другими элементами, они не действуют. Мы ведь нашли громадные залежи...

— Если это так, — задумчиво сказал Декер, — значит, мы принесли сюда чистый металл впервые за долгое время. Тысячелетия. Может быть, миллионы лет. Но как же они смогли выжить, эти вирусы? Ведь здесь нет чистого металла, чем же они питались?

— Черт его знает, — ответил Уолдрон.

— Может, это вовсе и не вирус, а какой-нибудь атмосферный фактор. Какая-то примесь в воздухе.

— Мы делали анализ... — произнес Декер, но тут же понял, насколько глупы его слова. Да, они делали анализ, они исследовали воздух, воду и почву, но могли ли они даже своими чуткими приборами обнаружить то, с чем столкнулись впервые? Знания человека ограничены. Он защитил себя от всего, что мог предусмотреть, от всего, о чем знал и что мог представить. А тут...

Декер поднялся и взгляд его остановился на Джексоне, который так и остался стоять у рухнувшего робота.

— Вот тебе и ответ на твой вопрос, — сказал капитан, горько усмехнувшись. —Помнишь наш разговор на смотровой палубе тогда, в первый день?

— Да, сэр. Я помню.

Над базой повисла зловещая тишина. И в этой тишине, нарушаемой лишь легким хлопаньем тента на ветру, капитан Декер впервые за много лет ощутил чуждый запах чужого мира.
 

Перевод С. Степанова.